MikhailSkr

Ремус РиксКот. Глава 76: Возня с «Виртуозами». Часть первая.

Added 2025-07-01 16:08:31 +0000 UTC

РиксКот_Глава_76__Возня_с_«Виртуозами»._Часть_первая..docx

РиксКот_Глава_76__Возня_с_«Виртуозами»._Часть_первая..fb2

— Магистр, значит... – Протянул с надсадой.

До анатомирования памяти взятых в плен волшебником я пока не добрался. Ненадолго отложил вытряхивание содержимого их черепушек, ведь в первую очередь было нужно провести разбивку полоняников на группы по ранжиру силы. К тому же, требовалось установить индивидуальные особенности каждого, ведь без этой наиважнейшей информации тайм-инжиниринг буксует на месте, ибо не способен расставить задачи по приоритету срочности. Должен понимать, что из себя представляют ублюдки по персоналиям, дабы в последующем не возникло форс-мажоров. Поэтому сразу же по возвращению обратно в резиденцию клуба Виртуозов взялся за сортировку парализованных туш. Под эффектом нейротоксина, без ввода нейтрализатора, они ещё достаточно приличный срок будут оставаться беспомощными. Сутки, не меньше. Так что времени у меня предположительно в достатке и вроде бы спешить особо некуда. Но для собственного успокоения не помешает разобраться в подноготной каждого.

Черновой макет предстоящего к отыгрышу сценария моих дальнейшей действий предопределяющих судьбы ватаги мразей был сформирован загодя. Причём давно. Ещё на этапе допроса призванных Амелией призраков. Конъюнктура открывшихся фактов настолько благотворна к подставе, что интрига сама напрашивалась быть воплощённой в реальность. С теми картами, что розданы, можно разыграть блистательную партию, оставшись за кулисами. Пусть никогда прежде коварством не промышлял. Внутреннее неприятие на грани с презрение в адрес подобного рода поведения по отношению к неприятелю до сих пор со мной и никуда не подевалось. Намного ближе и милее сердцу решать споры начистоту и в лоб, буквально не отходя от кассы на месте, то есть в моменте возникновения и завязки недопонимания. Короче говоря без закулисной возни и скрытых козней посредством подстав и мести чужими руками, как это любят делать аристократы. Если что-то вызывало внутреннее противоречие и дискомфорт, то рвался устранять раздражитель незамедлительно. Держать камень за пазухой претило, ибо такой груз служил объективным и неоспоримым доводом в пользу подтверждения личной несостоятельности со слабостью. Альфасамцовость вставала возмущённо на дыбы. И я прекрасно понимал откуда растут корни столь резкой антипатии к обозначенным резонам. Так на моём характере сказывалось перенятое от шаблонов личностей Виктора и Александра. Первые привычен решать проблемы по продиктованным дикой природой законам. По обыкновению и инстинктивно в совершаемом руководствовался заветами первобытного уклада и звериной яростью хищника-одиночки. В его парадигме не существовало понятия тактического отступления. На агрессию отвечал зеркально и с кратным превышением тут же. Что касается доставшегося от казака, так от него мне тоже особо много рассудительности и хладнокровия не перепало. Он был дерзким, порывистым, эмоциональным и слегка сумасбродным. Темперамент горячей пламени в кузнечном горне при плавке металлов. Вечно лез в пекло и поступал по прихоти сиюминутных желаний, не останавливаясь ни перед чем. Шило в его заднице размером не уступало позвоночнику. Вот вам навскидку единственный из множества, но говорящий пример в подтверждение вышеизложенному. Когда по молодости почувствовал нехватку адреналина, то не раздумывая попёрся воевать, хотя имел возможность отсидеться в своём медвежьем углу. Власть Советов в ту пору в его родной станице ещё была слаба. Япошек же на передовой он накрошил будь здоров. На приличное кладбище наберётся. Впрочем по-другому и быть не могло. Другие характерниками не становятся. Азартная энергичность их основная отличительная черта. Это к старости уму-разуму набираются, а по первости, даже в зрелом возрасте, ещё те безбашенные смутьяны. Возвращаясь же к моей ситуации, то удивляться не приходится почему так остро реагирую на, казалось бы, тривиальное и склонен бросаться в прорубь. Тяжеловато, знаете ли, бороться с навязанными, прошитыми в естестве установка, когда вдобавок ко всему нахожусь в фазе бурного пубертатного возраста. Гормональный бум накладывает свои реалии.

В общем и целом, вместе с мошеннической и возмутительной силой, полученной от доноров на старте своего приключения в действующей вселенной, вынужден мириться с некоторыми недостатками идущими в неразрывной связке с приобретенными благами. Однако это не означает, что собираюсь принимать подобное как незыблемую данность и должное. Определившись с изъянами и осознавая их вред, намерен решительно сражаться с ними, дабы вытравить пагубное и оставить исключительно положительное.

И сегодня мне представилась прекрасная возможность начать путь исправления.

Хитрость не порок, а плутовство не слабость. Нечего кривиться. Щепетильная порядочность и благородное чистоплюйство в отношении врагов неприемлемо. Пора научиться пользоваться всеми доступными инструментами бесчестной конкурентной борьбы, в том числе подлостью, вероломством и прочими смердящими махинациями.

План на пленников у меня был до оскомины паскудный. В финале, уже под занавес, после того, как вытяну из них всю полезную информацию, перед отбытием домой намеривался устроить локальное светопреставление и тем самым привлечь внимание паладинов, оставив борцам с ересью зачётные гостинцы. Таким незамысловатым образом перекладывал ответственность и избавлялся от ненужной суеты. Делегируя полномочному органу, в чьи должностные обязанности как раз-таки входит решение подобных вопросов, волокиту с искоренением вредоносной организации, я экономил своё время, которого и так было в обрез. Кроме того, помимо очевидной пользы от сбагривания проблемы на чужие плечи вдобавок создам новый информационный повод, из-за которого разразится серьёзная буча и ажиотаж вокруг меня поутихнет.

Уверен, что когда вскроется тайна существования вредоносного клуба, шум поднимется отменный. В этом сомнений быть не может, замалчивать инцидент не станут. Замять дело, порешав кулуарно, не получится. Иерархи церкви с высокопоставленными сановники вскорости встревоженным ульем загудят, набросившись на МКМ с обоснованными претензиями. Замараться в связях с культистами означала повесить себе на спину огромную мишень. Нахальная дерзновенность Виртуозов была сродни позорной пощёчина или плевку в лицо. Причём сразу двум системам, и конгрегации веры, и мировому правительству одарённых.

Достав из инвентаря шприц с ингибитор нейтрализующий действие оборотного зелья произвожу инъекцию разложенной стройным рядком пятерке паралитиков.

Полминуты на откат и волшебники принимаю свой истинный вид.

— Опачки... Какие люди!

Сюрприз фантастический и крайне неожиданный. Честное слово, прямо-таки царский подгон. Совершенно не предполагал, что при таких неоднозначных и необычных обстоятельствах сведу личное знакомство аж с самим Армандо Диппетом!

Сидя над главгадом здешней богадельни и глядя в лицо человеку запустившего маховик крамольного механизма, чья единственная функция заключалась в разрушении образовательной системы Британии, испытывал чувство фееричного ликования. Давненько задавался вопросом какими мотивами руководствовался Диппет в своей диверсионной деятельности. Уж очень мне хотелось разобраться в событиях и докопаться до истины, выяснив, что послужило причиной саботажа.

Вынув из пространственного кармана мобильный омут памяти и предварительно сломив ментальное сопротивление подопытного, раскурочив шаткий и дышавший на ладан барьер разума Армандо, начинаю процедуру копирования памяти. С трансфером и записью воспоминаний Диппета на переносной носитель попутно ознакамливался и анализировал поток проходящих через меня данных. По мере же того, как в хронологическом порядке пролистывалась жизнь бывшего директора Хогвартса, ситуация стала проясняться. Оказывается фамилия Диппет досталась Армандо от матери. По отцу он, сука, Фламель!

— Вот это поворот.

Теперь всё встало на свои места. Яснее ясного с чего бы вдруг этот персонаж, предшествующий Альбуса на посту директора, был настолько предвзят к учебному заведению и занимался откровенным вредительством, введя запрет на ряд важнейших дисциплин и прикрывая факультативы. При нём из базового списка преподаваемых предметов исчезли такие курсы, как ритуалистика, магия крови, каббалистика, спиритизм, алхимия. Он попросту выполнял возложенную на него батей миссию. Ему ни много ни мало вменялось подрывная деятельность и бойкотирование любых положительных новшеств предлагаемых энтузиастами к внедрению в Альма-матер лимонников. И вообще, согласно просмотренному, у меня складывалось убедительное и стойкое ощущение, что своим рождением он в принципе обязан проекту Николаса по низведению уровня английского образования до отвратного качества. Больно аргументы в пользу этой теории веские. Начиная от женщины, что выносила Армандо, Елены Диппет, чей род имел магический договор с алтарём Хогвартса, обязывающий всех представителей данной династии обучаться в данной школе, и заканчивая едва ли не зомбированием личности на этапе формирования, где в процессе воспитания посредством пропаганды производилась жёсткая накачка с привитием соответствующих фашистских идей пестующих ненависть к британцам и агитирующих за превосходство французской нации. К одиннадцати годам мальчуган с ярой фантастичностью ненавидел всех граждан Соединённого Королевства и когда пришла пора отправляться на учёбу в Хогвартс пацан имел отъявленную идеологию закоренелого шовиниста. Позднее, сдав СОВы и получив аттестат зрелости, юноша вернулся на контент, где без долгих скитаний и мыканий моментально был взят в личные ученики тремя именитыми мастерами. Николас позаботился о совершенствовании навыков своего бастарда и его дальнейшем развитии в магических искусствах. Воспользовавшись связями и стребовав уплату долгов пристроил Армандо, обеспечив юноше надлежащий прогресс. Чтоб стать подходящим соискателем и претендовать на должность директора Хогвартса надобно обладать мастерством хотя бы в двух дисциплинах.

Н-да. Выдержки и терпению Николаса можно только позавидовать. Умеет, сволочь, в долгую интриговать. Почти три века к ряду усердного и непрекращающегося давления, шантажа, подкупов, устранения неугодных и налаживания удобной политической конъюнктуры в Англии, и всё ради того, чтоб протащить кандидатуру сыночка и усадить его в кресло директора Хогвартса. К слову, мимоходом раскрыл секрет долгожительства Армандо. Являясь центральной фигурой в разыгрываемой Фламеля партии он состоял на полном довольствии у именитого алхимика и регулярно снабжался эликсиром жизни. Судя по снятым с Армандо энергетическим показателям он бы без допинга больше двух веков не протянул. Зато с папочкиной помощью гад уже свыше четырёхсот лет благополучно здравствует и в ус не дует.

— Вот оно значит что...

Добравшись до недавних событий получил подтверждение ранних предположений. Так-то ещё на этапе выяснения происхождения Диппета возникло подозрение, что в нападении на больницу виновен французский затворник. Теперь же это полностью подтвержденный факт. В ночь разгара эпидемии главе закрытого клуба «Виртуозов» пришёл однозначный приказ от родителя: во что бы то ни стало добыть образец лечебного зелья, коим целители Мунго со стопроцентной результативностью успешно боролись с новым штаммом вируса драконьей оспы.

За двадцать минут потраченных на снятие дубликата памяти Армандо изучить реплику с дотошной доскональностью, разумеется, не вышло. Слишком велик объём данных. Всё-таки четыреста двадцать восемь лет воспоминаний. На то, чтоб вдумчиво перелопатить такой габаритный архив у меня уйдёт не меньше шести часов. Поэтому лишь по верхам и вскользь проскочил, банально по основным и судьбоносным вехам жизни магистра пробежался, задерживаясь исключительно на самых значимых эпизодах. Разве что последние несколько недель разбирал поминутно, уделяя внимание всем нюансам.

Покончив с Армандо перешёл к следующему по значимости «клиенту», которому от щедрот назначил бесплатный сеанс в нашей выездной лаборатории по ментоскопированию. И он, пожалуй, был самым сложным объектом. По сравнению с оставшимися, с козлиной отрыжкой возни предстояло в разы больше. Поскольку культист явно не из простых, – смердящей вонью нечестивой погани от сектанта разило весьма шибко, – то хлопот с ним ожидалось в изобилии. Но это если аккуратно колупать. Путь к чертогам памяти высокорангового демонопоклонника всегда тернист и предельно опасен, ибо предстояло преодолеть запутанный лабиринт с каверзными ловушками нагромождённых в психометрической матрице сектанта.

Для осознания ситуации небольшая пояснительная ремарка объясняющая за идиотов, продавших себя потусторонним сущностям.

Служители тёмных культов все без исключения и каких бы то скидок формально являются в некоторой степени одержимыми. Притом на постоянной основе – перманентно. Их глубинная суть, сиречь душа, непрерывно находится под воздействием власти господина и подвержена неустанному влиянию энергетики хозяина. Отсюда-то и проистекает экстремальная компликация внутреннего устройство тонких оболочек раба. Чем дольше слуга пребывает под воздействием энергетики хозяина и маринуется в скверне, тем ближе он по соответственной идентичности к указанному эталону. Разумеется в пропорциональной интерпретации показателей, а не в количественном и соразмерном. Образцом же шаблона, к которому стремится приблизиться естество манкурта, выступает душа повелителя. По сути, сектанты – это миниатюрные лазейки, через которые тёмная тварь ограниченно, в рамках лимитов персональных возможностей раба взаимодействуют с материальной субстанцией. Паства кем-то вроде урезанных аватаров и ездовых животных служит, посредством которых потусторонняя тварь ведёт захватническую войну.

Проверив имеющийся ресурс и не удовлетворившись проведенной инвентаризацией, устраиваюсь с комфортом в позе сиддхасана. По факту ещё не на донышке, но меньше трети от максимального количества в резерве плещется. А этого категорически недостаточно. Для того, чтоб продавить барьер и вломиться в чертог разума непарнокопытного нужно хотя бы вдвое поболее сил иметь в запасе. Поэтому прибегаю к старой и доброй медитации. Абстрагировавшись от окружающей среды и собственной индивидуальности, вынося за скобки актуальности нейронные сигналы поступающие от рецепторов тела и загоняя на задворки восприятия регистрируемые нон-стоп физические колебания генерируемые биохимическими процессами протекающими в организме, воспользовавшись методикой из учения Дзогчен я искусственно погружаю сознание в созерцательное состояние. Ощущения непередаваемые. Будто пылинка в бескрайних просторах вселенной. Мирское потеряло всякую предметную ценность, оставшись где-то там, в неважном и несущественном. Оставались только я и бесконечность. Чакры подобно астрономическому параду планет выстраиваются в ровную шеренгу когерентности, и балансируя в равновесии даровали благодатный покой с трансцендентной гармонией. Охватившая разум безмятежность наделяла осязаемым чувством невесомого единения с мирозданием. Был вездесущ и одновременно наедине с самим собою. Паря над бренностью бытия наслаждался безграничным умиротворением. Состояние весьма вероломное, ибо затягивающее и не желающее отпускать. Чем дольше ты в нём находишься, тем труднее выбраться обратно в объективную реальность. Примером тому служат тибетские и прочие монахи сходно-родственных воззрений, которые в погоне за просветлением и нирваной, в стремлении познать дзен и приобщиться к Великой Истине впали в летаргический сон вплоть до анабиоза.

По сути дела, если непредвзято и по справедливости, то очень коварная практика. Однако на редкость эффективная и действенная в области восстановления композиционно-комплексного энергетического «консанса». Единственно жаль, что технику форсированного восстановления в динамике не применить. Всё же для её использования необходимы особые условия. Дабы разминуться с фактической явью и уйти сознанием в высшие сферы, требовалось отсутствие внешних угроз и тревожных акторов в близлежащем приближении. Впрочем даже так она оставалась чрезвычайно привлекательной, ибо никаких личных рисков не предрекала. Опаска быть застигнутым врасплох недоброжелателями решалась заурядно.

Я та самая погрешность, которая выбивалась из общего правила. Мог безбоязненно пользоваться продуктивной методикой восполнения резервов, не волнуясь о том, что меня постигнет участь растворения и потери себя. Это для среднестатистического обывателя заплыв по безбрежному в нешуточной степени чревато. У меня же был первоклассный способ защиты от отнюдь не призрачной вероятности сбиться с пути и заблудиться средь блаженной пассивности. С особой анатомической конституций ментального ландшафта обладал надёжным способом уберечься от потенциальной угрозы навечно остаться в идеалистической позиции невозмутимости. Три автономных псионических конструкта с гарантией ограждали от прискорбного и печального. Два сугубо на внешних изменчивых факторах были сконцентрированы. Одна посредством контроля пространственной тактильности сканировала объём и в случае появления чего-то подозрительного, принудительно выдёргивала из медитации. С ней же в кооперации работала вторая, только с упором на интуицию. Если вдруг чуйка подавала сигнал тревоги, выполнялся аналогичный алгоритм действий. Меня выводили из созерцательного. Третья структура являла собой обычный будильник. По завершению отсчёта таймера мой разум вызволялся из нирваны.

— Недурственно... – Оценив качественные показатели констатирую вслух. – Сказал бы даже, что достойно и до внушительного солидно. Но в этом-то, к величайшему сожалению, и кроется западня.

До сих пор присутствовал остаточный эффект от пребывания в единении с мирозданием. Приоритеты размыты, а кредо с личным кодекс, в котором прописаны паттерны, зыбки как никогда. Всеобъятное принятие и полнейшее непротивление. Вот какой настрой преобладал, мешая мыслить корректно и в адекватно ключе. Впрочем это не продлилось хоть сколько бы то долго. Хватило разок метафорически провести рукой против шерсти по задремавшей звериной сущности, как мигом сдуло губительную и безропотную смиренность.

«Нам такого счастья не надо!»

Внутреннему хищнику до высокодуховного и масштабируемого до значимого в размерах вселенной нет никакого дела. Приземлённым живёт. Быть бы сытым, обеспечить благополучие стаи, да род продолжить. Остальное всё за околицей и вне парадигмы.

— Ну-с, мой вонючий недруг, приступим?

Повернувшись к культисту обращаюсь с обманчивой участливостью.

За время моего «отсутствия» сектант претерпел разительные метаморфозы. Обернувшись в мохнатую тварь окончательно лишился человеческого облика. Череп расплющился, морда чуть вытянулась, покрывшись коротким и жёстким волосяным ворсом черного цвета, глаза же превратились в козлиные. Навыкате и порядком выпуклые, с янтарной радужкой и прямоугольными горизонтальными зрачками.

То ещё зрелище...

Не размениваясь на полумеры и накачав таран первобытной злостью, игнорируя деликатность, с двух ног проламываю ментальный барьер, снося к херам демоническую охранную надстройку. Фортификация сыпется как соломенный домик повстречавший торнадо. Не экономя сил без затей крушу преграду, не заморачиваясь щепетильностью. Всё равно покойник, так чего его беречь.

В сектор с памятью влетаю подобно носорогу. И признаться честно, изрядно перегнул палку с мощностью удара. Пришлось резко притормаживать, ибо с тем разгоном, с которым ворвался в чертоги разума культиста, не успей я спохватиться и вовремя среагировать, то была велика вероятность уничтожения личности подопытного, а вместе с нею всего остального содержимого представляющего для меня ценность.

Произошедшее естественным образом негативно отразилось на самочувствие твари. Электрические сигналы чудовищной интенсивности выпущенные головным мозгом разлетелись по нервной системе организма, но ввиду действия парализующего нейротоксина обошлось без припадочных конвульсий. Конечностями не сучил и о поверхность пола не бился. Лежал себе практически смирно, только пену изо рта пускал и бешено зенками вращал.

Я же тем временем, добравшись до сокровенного, пользуясь псионическим хирургическим набором с ревностным энтузиазмом вивисектора препарировал жертву. Где-то воображаемой пилой, а где-то скальпелем кромсал ментальную плоть очередного аксакала местного пошиба. Жерару, мать его, Ришельё, и, охренеть не встать, внучатому племяннику небезызвестного кардинала, в этом году исполнилось триста лет. Выродок буквально на прошлой неделе свой юбилей справил в кругу друзей-единомышленников. И как это водиться в среде ебанутых сектантов с изуверской помпой и очень кроваво. Свальная оргия рука об руку с садистскими пытками и в финале массовое жертвоприношения на усладу Чёрному Козлу. Просмотр мельком омерзительных страстей едва не послужил причиной конфуза. Пришлось давить в себе рвотные позывы и блокировать трансляцию картинки. Больше не акцентировал внимания на том, что вынимаю из донора. Изъятие воспоминаний производил с механической индифферентностью. Педантичным и скрупулёзным разбором реквизированного буду заниматься уже в иной обстановке. Не расположен сейчас к этому, поскольку обстановка напряжённая и поджимали сроки.

Так как в случае с Жераром работал по упрощённой схеме и варварскому сценарию, – не копировал, а занимался пошлым грабежом, – то уложился в десять минут.

— Так-с... Кто там у нас следующий? Добровольцы есть? Нет? Жаль... Тогда идём по списку.

Шуткую, но без запала. Корявая попытка стравить напряжение и сгладить накопившийся стресс. Ковыряние в демонических нечистотах – это то ещё удовольствие.